Новости

Елена маковская, наталья хорошавина.

Схватка за наследство "менатепа" в самом разгаре.

"Менатеп" стал первой жертвой наступления банка россии на крупные проблемные банки. Сегодня он рискует превратиться в один их наиболее скандальных из обанкротившихся после кризиса финансовых институтов.

История скандала весьма поучительна. Она показывает, что в драке вокруг активов и имущества "усопших" банков самые слабые позиции у их кредиторов, чьи интересы по закону и должен отстаивать институт банкротства.

Палки в колеса.

Инициатором дела о банкротстве "менатепа" выступил банк россии. 3 июля в банке была введена процедура наблюдения и назначен временный управляющий. Несмотря на то что у центробанка был свой кандидат, суд поручил осуществлять наблюдение аккредитованному при московском арбитражном суде управляющему алексею карманову. Рассмотрение самого дела о банкротстве было назначено на 29 июля, к этой дате управляющий должен был составить реестр кредиторов и провести первое собрание кредиторов. Однако вместо подготовки собрания все это время г-н карманов был занят борьбой с руководством "менатепа".

Основная претензия временного управляющего -- информационная блокада, якобы организованная руководством "менатепа" (см. Интервью г-на карманова). Представитель "менатепа" елена матвеева в разговоре с нашим корреспондентом отвергала все обвинения г-на карманова в информационном саботаже: "банк передал управляющему шесть тысяч листов по актам приема-передачи документов. При этом ни господин управляющий, ни его помощники не подписали соглашения о неразглашении банковской тайны". Представители банка также сетовали, что перед руководством часто ставились нереальные сроки для подготовки информации по запросу управляющего, особенно по филиалам. Поскольку многие из подразделений банка еще не закрыты, их отчетность пока не передана головной конторе. Кроме того, управляющего не устраивала информация в привычных для цб стандартных формах, поэтому г-н карманов требовал вторичной ее обработки.

Еще одно правонарушение, инкриминируемое руководству "менатепа", -- незаконная выдача кредитов нерезидентам после наступления неплатежеспособности банка. В банке считают, что такая постановка вопроса говорит о некомпетентности управляющего, поскольку вывод о факте правонарушения управляющий сделал на основании документов, свидетельствующих о том, что когда филиал банка на кипре уже находился в процессе банкротства, с его счетов продолжали переводить средства. Делалось это по требованию местных надзорных органов, средства были направлены в адрес головного "менатепа", то есть деньги шли на родину, в материнский банк. Впрочем, объяснения управляющего не убедили, и обвинение в незаконном списании около 4 млрд рублей в пользу нерезидентов г-н карманов предъявил руководству банка в суде. Кроме того, алексей карманов обратился в арбитраж с жалобой на противодействие руководства "менатепа", и ему удалось отстранить от управления менеджмент банка.

Заметим, что одновременно с жалобой г-на карманова в суд поступила жалоба должника на действия временного управляющего. Наиболее скандальный фрагмент из этого документа -- перечень расходов на содержание команды управляющего. Как заявили "эксперту" представители банка, временному управляющему для осуществления его обязанностей потребовалось ежемесячно 250 тысяч долларов (для сравнения: на содержание всего персонала и обеспечение текущей деятельности "менатепу" было достаточно 115 тысяч долларов). Доводы о завышенных аппетитах управляющего суд оставил без внимания, а вопрос о законности отстранения руководства "менатепа" станет предметом судебного рассмотрения 2 августа.

Кто не спрятался -- я не виноват.

Пока временный управляющий воевал с руководством "менатепа", кредиторы банка вынуждены были рыскать по москве в поисках места, куда можно отправить требования к должнику. Дело в том, что уведомление временного управляющего о введении процедуры наблюдения в "менатепе" было разослано далеко не всем кредиторам, а дать объявление в сми г-н карманов не догадался. По закону, получив такое уведомление, кредитор должен в течение месяца направить свои требования на два адреса: в арбитражный суд и должнику. В уведомлении временного управляющего указан адрес "менатепа", по которому отправлять письма бесполезно, поскольку бывшее здание банка на дубининской, 17-а, уже описано за долги, о чем, кстати, временному управляющему было хорошо известно. Непосредственно на г-на карманова кредиторам выйти довольно трудно, потому что единственный адрес, который указал в своем уведомлении чрезвычайно занятый управляющий, -- абонентский ящик. Искать настоящий адрес должника по офисам "менатеп спб" также бесполезно.

"За все время работы с несостоятельными банками я ни разу не встречался с подобным отношением к кредиторам, -- заявил 'эксперту' юрист фирмы 'маклауд диксон' сергей трещев. -- Подобный конфликт между банком и временным управляющим затрудняет регистрацию требований кредиторов и не позволяет им влиять на процесс в той мере, как это предусмотрено действующим законодательством".

Во всей своей красе результаты этой неразберихи можно было наблюдать на судебном заседании по делу о банкротстве "менатепа" 29 июля. Лишь единицы из явившихся в суд кредиторов банка смогли стать полноправными участниками процесса -- задавать вопросы, подавать ходатайства и т. Д. А тем, чья почта еще не дошла до г-на карманова, пришлось лишь наблюдать за происходящим. Кстати, в такой же странной роли наблюдателя оказался и представитель основного акционера банка -- нк "юкос", его тоже вовремя не зарегистрировали.

Не хватило малости.

К судебному заседанию 29 июля полный реестр кредиторов "менатепа" не был составлен, и собрания кредиторов не было проведено. Представители банка ходатайствовали о том, чтобы рассмотрение дела о банкротстве было отложено, поскольку впереди разбор жалобы об отстранении руководства. Среди кредиторов единства не было -- вкладчики причитали, что тянуть нельзя, юридические лица были недовольны, что управляющий не провел собрания кредиторов. Сам г-н карманов незадолго до заседания утверждал, что процедура наблюдения должна быть продолжена, поскольку сведений о состоянии банка и его кредиторах недостаточно. Однако в суде он заявил, что неплатежеспособность должника очевидна и в интересах кредиторов, а также для сохранности имущества, банк следует признать несостоятельным и начать конкурсное производство. С этим предложением были согласны представители цб и фсдн.

Не имея полного реестра кредиторов и решения собрания кредиторов, суд не стал торопиться и отложил рассмотрение этого дела на два месяца. Как нам кажется, на такую осторожность суд натолкнул сам г-н управляющий. Бодро перечисляя, на какие именно запросы не ответил "менатеп", алексей карманов не располагал довольно тривиальными данными о вверенном ему банке. Представленный суду анализ финансового состояния "менатепа" был сделан на основе баланса банка на день отзыва лицензии (17 мая), без учета дальнейших изменений. Некоторые сведения просто вызывают улыбку: так, по данным г-на карманова, у "менатепа" только четыре иностранных кредитора. Временный управляющий не потрудился произвести сверку требований кредиторов, поступивших в арбитражный суд (а их набралось 14 томов).

В результате суд обязал временного управляющего "менатепа" провести собрание кредиторов и составить адекватный реестр к следующему заседанию. Как можно оценить квалификацию управляющего, когда суд напоминает ему о его непосредственных обязанностях?

технология рентабельного банкротства.

Несмотря на неприязнь к временному управляющему, руководство "менатепа" пока не смогло уличить алексея карманова в лоббировании интересов какой-либо группы кредиторов. Скорее всего, нынешнее противостояние вокруг "менатепа" лишь прелюдия к более серьезным боевым действиям. А кульминацией конфликта станет назначение конкурсного управляющего. Если бы суд признал "менатеп" банкротом 29 июля, то г-н карманов стал бы конкурсным управляющим почти автоматически. Если активизируются кредиторы, которые уже и так раздражены непрофессионализмом нынешнего управляющего, вариант г-на карманова окажется под вопросом. Что, кстати, не исключает неприятных для кредиторов неожиданностей.

Корреспондентам "эксперта" неоднократно приходилось слышать о командах юристов, специализирующихся на банкротстве и действующих не только в интересах кредиторов. На первой стадии банкротства к должнику приходит временный управляющий, чья задача -- снять информацию о кредиторах, дебиторах, имуществе и т. Д. Первопроходцы получают право формировать смету временного управляющего. Затем, если игра стоит свеч, на сцену выходят профессиональные игроки. Их бизнес построен на том, чтобы правильно составить правила аукционов по продаже имущества должника, убедить кредиторов в никчемности оценки активов, предложить хорошую скидку должникам банка и т. П.

Самое слабое место этой схемы -- утверждение нужного человека на должность управляющего. Для этого как минимум необходимо иметь хорошие отношения с судейским сообществом. Поскольку судьи иногда назначают управляющих из списков аккредитованных при арбитражном суде, не принимая во внимание предложенные кредиторами кандидатуры, и наличие некоего "левого" интереса трудно отрицать.

Кандидат на пост временного управляющего должен иметь не только лицензию фудн, но и аттестат цб на работу в данном конкретном банке. Если учесть, что решение об отзыве банковской лицензии готовится в тайне и затем банк россии сам может выступить инициатором банкротства, то у кредиторов просто не остается времени на то, чтобы обеспечить необходимым разрешением цб своего кандидата на пост управляющего. К тому же далеко не всем известно, что банк россии может выдать несколько аттестатов на работу с одним и тем же банком. Теперь представьте себе, что кандидат, предложенный цб, чем-то не понравился суду, а кредиторы не успели подсуетиться со своим кандидатом. Кто станет управляющим -- вопрос предрешенный. Это будет человек из списка арбитражного суда, уже имеющий соответствующий аттестат цб.

Понятно, что подобный алгоритм не позволяет заранее предсказать, кто именно будет рулить ликвидацией нынешних банкротов. Очевидно одно: интересы кредиторов при таком порядке так и останутся второстепенными. И причина даже не в том, что можно двояко толковать нормы закона о несостоятельности кредитных организаций. Сама идеология этого закона отводит кредитору роль статиста, который зависит от воли и расторопности банка россии и собственников банкрота.

Что касается кредиторов "менатепа", то уже сейчас очевидно, что наибольшие потери понесут юридические лица -- бывшие клиенты банка. Задолженность перед частными вкладчиками и некоторыми иностранными кредиторами готов погасить основной акционер банка -- нк "юкос". Это будет сделано из собственных средств акционера, независимо от результатов процедуры банкротства. После того как часть обязательств "менатепа" перед нерезидентами была конвертирована в капитал нк "юкос", объем задолженности перед иностранными кредиторами сократился примерно вдвое и составляет около 236 млн долларов. По группе частных лиц погашение обязательств в размере 50 млн долларов должно начаться с октября этого года тремя траншами в течение трех лет (30%, 30%, и 40% соответственно). А остальным кредиторам приходится рассчитывать лишь на средства фор и дебиторскую задолженность "менатепа". Однако если за дело возьмутся "профессиональные ликвидаторы", то кредиторам останутся кошкины слезы.

Поскольку работа с несостоятельным банком тоже бизнес, иногда весьма доходный, ценность информационной базы подвисшего кредитного института весьма велика. К примеру, после назначения в банке внешнего управления фонд обязательных резервов передается во власть управляющего. Даже когда эта "касса" закрыта для кредиторов и вкладчиков, управляющий может черпать оттуда средства на содержание своей команды. Кроме того, есть еще зачет встречных требований, работа с векселями и т. Д.

Стоит заметить, что и на западе проведение процедуры банкротства считается бизнесом, однако там на первом месте интересы кредиторов, хотя бы потому, что свое вознаграждение управляющий может получить лишь после удовлетворения требований кредиторов.

Свою точку зрения о ситуации в "менатепе" излагает арбитражный управляющий банка алексей карманов.

-- Чем вас не устраивает объем предоставляемой руководством "менатепа" информации?

-- информация по моим запросам предоставляется, но в таком виде, что с ней работать невозможно. Мы получили списки кредиторов "менатепа", но без половины адресов, порядковых номеров, без выведения общей суммы и так далее. Такое ощущение, что люди просто не знакомы с делопроизводством. Полной картины по таким документам, естественно, составить не удается. Добавлю, что обязательства перед кредитором не обязательно отражаются в балансе банка, они могут быть отражены в договорах, заключенных, но не исполненных должником. Допустим, счет не открывался в банке, тем не менее отношения какие-то были, и обязательства не выполнены. Общую картину можно составить, имея доступ к информационной базе банка. Но ее в данном случае ведут по агентским соглашениям два дружественных "менатепу" банка, и с прямым запросом к ним арбитражный управляющий выйти не в праве, это можно сделать опять-таки только через руководство "менатепа".

-- Что известно об объеме обязательств перед иностранными и российскими кредиторами, вкладчиками? каковы активы банка?

-- примерная сумма задолженности перед частными вкладчиками -- пятьдесят миллионов долларов. Для определения других долей кредиторской задолженности информации недостаточно, равно как и сведений для определения суммы долга дебиторов перед самим банком.

Что касается имущества и активов банка, то известно об объектах недвижимости в москве, находящихся в собственности "менатепа". Известно также, что ряд сделок по продаже недвижимости состоялся, когда банк фактически стал неплатежеспособным. Стало быть, эти сделки, осуществленные за полгода до отзыва лицензии, могут быть оспорены, а имущество включено в конкурсную массу. Кроме того, банк имел значительное число филиалов, большинство из которых закрыто. Вместе с тем, по нашей информации, несколько филиалов, расположенных в республиках снг, функционируют, поскольку подчиняются законодательству другого государства и выступают самостоятельными юридическими лицами. На них также распространяется система агентских договоров, по которым операции банка "менатеп" производят другие банки. Теоретически возможность проведения операций существует до сих пор.

-- Не могли бы вы пояснить, что это за история с затонувшим грузовиком, в котором были документы "менатепа"?

-- руководство банка в рамках предоставленных законом полномочий по обеспечению текущей деятельности банка приняло решение перевезти архив банка в новгород, поскольку там его хранить дешевле. Судя по списку, в затонувшем по дороге в новгород грузовике находились рабочие документы "менатепа" за девяносто седьмой-девяносто восьмой годы, которые в принципе в архив не сдаются. Теперь для того, чтобы работать с уцелевшими документами, нам придется оформлять командировки в новгород. Таким образом процедуру наблюдения и банкротства можно растянуть на неопределенное количество лет.

-- Сразу после кризиса общественность достаточно активно обсуждала факт закрытия значительной части филиалов "менатепа" и возобновления их деятельности в качестве филиалов банка "менатеп спб". Как вы к этому относитесь?

-- переход филиалов помог локализовать болезнь неплатежеспособности "менатепа", сохранить здоровые части его сети. Вместе с тем, если обнаружится, что некоторые сделки, произведенные за полгода до отзыва лицензии, совершены с нарушениями и наносят ущерб кредиторам, структурам, причастным к подобным сделкам, придется внести определенную компенсацию в конкурсную массу.

-- Почему сторона, представляющая сам банк, всячески стремится затянуть процедуру проведения банкротства? как этому можно воспрепятствовать?

-- разрешить этот конфликт управляющий может, только обратившись в суд с ходатайством об отстранении руководства банка, которое противодействует управляющему в исполнении возложенных на него обязанностей. Однако и это не избавит нас от жестокого цейтнота. Стандартно на период наблюдения отводится три месяца. В нашем случае он еще меньше.

Записала елена маковская.