Новости

Интервью записала алла бартенева.

Интервью с председателем союза артелей старателей виктором таракановским.

-- Как вы оцениваете итоги 1997 года для золотодобывающей промышленности рф?

-- если брать показатель добычи золота, то все хорошо. Добыто 115,5 тонны, что на 1,5 тонны больше предыдущего года. Рост обусловлен пуском новых предприятий. В частности, 13,5 тонны добыто на руднике "олимпиада" артелью "полюс", 9 тонн добыла омолонская золоторудная компания на месторождении "кубак". В то же время многие предприятия снизили добычу, например, в якутии, хабаровском и красноярском краях, в амурской области. Я ожидаю, что в 1998 году многие прииски будут снижать добычу, но компенсировать ее новыми мощностями будет невозможно.

-- Какие общие проблемы существуют в золотой отрасли?

-- во-первых, падение мировой цены на золото примерно на 20 процентов. Во-вторых, гохран задерживает платежи за уже поставленное в сентябре золото. Причем расчет ведет по сегодняшним мировым ценам, а не по сентябрьским. На этом предприятия потеряют около 35 миллионов долларов. Вы спросите, а почему же заключили такие договоры? а договоров-то и нет! все артели заключают договоры с аффинажными заводами, причем не договоры поставки, а договоры переработки шлихового золота. В-третьих, гохран никак не оплачивает то, что месяцами пользуется нашими деньгами.

-- Где ситуация наиболее неблагоприятна?

-- в якутии. Там к общим проблемам добавилась местная беда. Действуют два посредника: сперва деньги за золото из москвы получает сахакомдрагмет, потом передает их в финансово- промышленную компанию "сахазолото", которая и обязана расплачиваться с артелями. Но она не отдает все -- часть денег резервирует, часть тратит на собственное содержание, часть переводит в товарный кредит по завышенным в полтора раза ценам через дочернюю торговую фирму "карбон". Это наглое, неприкрытое мошенничество. При этом артели не имеют права заключать договоры ни с кем, кроме сахакомдрагмета. Кроме того, в якутске началась междуусобная борьба между сахакомдрагметом и "сахазолотом". В результате три тысячи человек старателей оказались в крайне бедственном положении. Вообще в якутии артели испытывают большие неприятности от местной власти. Например, артель "золотинка" резко снизила добычу золота (с 1,6 до 0,8 тонны). Причина в том, что она не согласилась войти в проправительственное ао "нерюнгризолото", созданное указом президента якутии. Я сам работал в якутии; раньше там добывали около 33 тонн, а теперь менее 20 тонн. Президент николаев превышает свои права. Скажем, три года назад он вообще забирал 10 процентов добытого золота бесплатно для пополнения республиканского фонда. Своими указами он вводил рентные платежи, потом акцизы... Если якутия будет продолжать такую политику, то золотодобыча придет в упадок.

-- Каков опыт работы артелей с коммерческими банками?

-- в 1997 году артели заключили договоров на 42 тонны золота более чем с 20 банками. Уже поставлено 40 тонн по цене примерно 95 процентов от мировой. Наиболее активны "российский кредит", инкомбанк, ланта-банк. По моим данным, 28 тонн уже перепроданы центробанку.

При этом банки не хотят авансировать артели с добычей менее 300 килограммов, мол, что, мы за ними по тундре будем гоняться? кроме того, по нормативам цб при проведении рискованного кредитования без обеспечения комбанки обязаны резервировать 100 процентов. Разумеется, им это невыгодно.

-- Как бы вы осветили деликатную проблему неофициальной добычи?

-- старатели-одиночки не поддаются контролю, но они в сумме добывают не более 200 килограммов в год. Есть золото ворованное. По моим оценкам, это тонны полторы в год. Министр внутренних дел утверждает, что от легальной отчетности укрывается 45 тонн. Но это ошибочная цифра. Мы хорошо знаем наши месторождения, мы знаем, сколько отрабатывается полигонов, сколько промывается песков, какое в них содержание золота. Мы не видим, где же еще 45 тонн золота лежало. Ну, тонн десять, не больше.

-- Каков опыт работы золотоприемных касс?

-- например, в магадане в 1997 году золотоприемные кассы купили две тонны золота. Цена колебалась в зависимости от спроса и предложения, а также наличия денег. Скажем, около 10 долларов за грамм шлиха. Приемщик определяет качество шлиха, часто на глаз. Допустим, решает, что в шлихе 80 процентов золота. Сдающий платит магаданской области 25-процентный налог и получает на руки примерно 7,5 доллара за грамм. А в якутии золото в кассы практически не несли. Интервью с евгением бычковым, бывшим (в 1992-1996 годах) председателем роскомдрагмета рф.

-- Как государство во времена ссср регулировало золотодобычу?

-- в советское время вся торговля золотом и другими драгметаллами была строго регламентирована. Государство вело политику, не имеющую ничего общего с экономикой. Например, в 1980 году оно платило добытчикам 12 рублей за грамм, а продавало потребителям промышленного золота по 1 рублю за грамм. То есть вся эта электроника была построена за счет золота. Потом (эту заслугу я не приписываю лично себе) с девяностых годов минфин и гохран добивались постепенного повышения отпускной цены на золото -- в сторону мировой. В 1992 году вместе с "главалмаззолотом" мы подняли расчетную цену до мирового уровня (цена составляла 70-80 процентов от текущей мировой цены).

-- Какую политику вел роскомдрагмет на рынке золота?

-- роскомдрагмет постоянно боролся с правительством. Наша позиция была такая: золото надо оставить, как "газпром", то есть как единую компанию, и движение к рынку должно быть медленным. Почему? во-первых, из-за особенности добычи золота в северных регионах (сезонный завоз материалов). Во-вторых, из-за летней добычи металла на россыпях, пока есть вода. Я убежден: нельзя было приватизировать золотую отрасль! ну что произошло в 1991 году? все территории просили: давайте проведем приватизацию. Они думали, что если предприятия уйдут из-под контроля центра, перестанут быть государственными, то будет хорошо для региона. И правительство гайдара на это клюнуло. Золотодобывающие предприятия стали подчиняться местным властям. Вкупе со свободной ценой на золото это дестабилизировало отрасль. Я убежден: приватизацию надо было делать постепенно.

-- Какие пути развития отрасли вы видите?

-- я считаю, что золотодобыча должна идти по пути укрупнения. Якутия, хотя золото теряет, не распускает предприятия, и это правильная политика якутского президента николаева. Формально предприятия акционировались, но они подчиняются головной финансово-промышленной компании "сахазолото".

Отношение к золоту как к священной корове изжило себя, считает начальник управления операций с драгметаллами банка россии сергей кыштымов.

-- В феврале вышло постановление об экспорте золота комбанками. В соответствии с ним лицензирование экспорта теперь двухступенчатое, в цб и мвэс. Не слишком ли усложнена процедура?

-- сейчас на рынке затишье, и пока банкам все равно вывозить нечего. Следующие большие партии у банков будут только в июне. Цб с 16 декабря по 9 января приостанавливал покупку золота у банков в связи с деноминацией. Ассоциация российских банков сразу подняла шум. Но мы перед этим опросили все банки, есть ли у них что продавать, и ни у кого не было в наличии металла, готового к продаже.

-- Сколько времени займет согласование экспортной лицензии с цб?

-- в цб все документы оформляются не меньше месяца, потому что они обходят несколько департаментов. Но наша позиция состоит в том, чтобы вопрос по лицензированию, особенно по тем банкам, с которыми мы постоянно работаем, из оперу-2, решался более оперативно.

В этом постановлении мы специально предусмотрели выдачу банкам генеральной лицензии. Даже если вся процедура займет у банка месяц, он получит лицензию на год. Ему не придется ходить по каждой сделке, как это предполагалось ранее. Мы настаиваем еще на одном пункте. Нельзя для банка делать календарный год. Операции с драгметаллами специфичны, они не могут быть четко завершены к первому января, все контракты выполнены -- и таможня закрывает таможенную процедуру. Операций очень много -- и залоговые при обеспечении кредита, и фьючерсные, и форвардные, и своп, и обмен металла на металл, и продажа.

Центробанк был включен в процесс согласования перед получением лицензии для того, чтобы мвэс тратило меньше времени, чтобы оно рассматривало сам контракт, а не банковский баланс, состояние всего банка. Мы постоянно работаем с банком, мы его знаем и сделаем это быстрее, а мвэс быстрее рассмотрит контракт, оно лучше знает эту систему.

-- Торговля золотом требует оперативности. Между заключением контракта и поставкой должно проходить всего несколько дней, а мвэс требует для лицензии контракты на весь год.

-- Зарубежные партнеры наших банков не будут торговать без обеспечения на западе. Залог на территории россии ими не рассматривается. Чтобы начать торговлю, выйти на международный дилинг, нашим банкам придется сначала вывезти на депозит в крупный иностранный банк, допустим, тонну золота. На это можно составить контракт и предоставить в мвэс.

-- Сколько могут составить накладные экспортные расходы банка с учетом затрат на транспортировку, страховку и так далее?

-- я бы сказал, 1,2-1,25 процента от цены металла. Но иногда и 1,5 процента. Это зависит от партии. По большой партии расходы меньше. Банкам невыгодно будет везти меньше пяти тонн. Цб никому не запрещает везти небольшие объемы, пусть везут хоть пять килограммов, их право. Но затраты будут слишком большие, неокупаемые. Цены на золото упали, а расходы даже увеличились -- страховые компании увеличивают ставки.

Зависят расходы и от положения экспортера. Крупному банку с большим собственным капиталом более низкие цены установят и фрахтовые, и страховые компании.

Реально экспортировать могут все. Цб открыл двери на рынок драгметаллов для всех желающих банков, более ста имеют соответствующие лицензии. Они могут сейчас спокойно садиться за стол переговоров с любым зарубежным банком и предлагать себя в качестве экспортера золота: получать у них дешевые кредитные ресурсы под свои гарантии, квоты, баланс, вкладывать их в золотодобывающие предприятия, получать дешевый металл и делить прибыль от реализации на внешнем рынке.

Многие банки не повезут золото на экспорт, им это невыгодно и неинтересно. Торговать золотом они могут и с цб -- вот он рядом, в москве, каждый день покупает, никаких сложностей, все уже отработано, деньги платит сразу. А там надо зафрахтовать, застраховать, договориться, вывезти на депозит, на металлический счет, -- а это же все деньги.

-- Но экспорт -- это важный шаг к ликвидности рынка. Цб заключает сделки только спот, и гарантией того, что он это будет делать через полгода, служит только его честное слово. Гарантия сбыта радикально меняет риски, может снизить маржу банков, поднять общие цены закупок у производителей.

-- Безусловно. Сейчас банки устанавливают цену так: лондонская цена минус 2 процента маржа цб, минус 0,5-1,5 процента своя маржа (в зависимости от отношений с производителем, надежности банка и так далее). Теперь рынок открыт, так зачем брать с золотодобытчика маржу цб? а себе мы эти 2 процента оставим. Мы не хотим, чтобы нам сбрасывали все золото в стране -- что это тогда за рынок такой?

-- почему цб выбрал привязку цены именно к лондонскому фиксингу? ведь до постановления об экспорте мы практически не были связаны с внешним рынком.

-- Но мы все-таки хотим работать в международных структурах, на международном рынке. Россия идет к рыночным отношениям, собирается вступать в вто. Сейчас у цб уже 500 тонн. Возникает вопрос, сколько же цб будет их копить? это замороженные деньги, у золота нет такого оборота, как у валюты, которую мы держим на зарубежных счетах и которая ежедневно, ежечасно приносит какие-то деньги и, кроме того, обладает свойством мгновенной ликвидности. Золото же лежит в хранилищах, чтобы его продать, его надо упаковать, поднять, оформить, вывезти, застраховать -- это совсем другая ликвидность.

-- Если банки все золото будут продавать на экспорт, цб будет это приветствовать?

-- мы не хотим быть монопольной структурой, не для этого создавали рынок. Но если мы сегодня не будем покупать, не будет доступа ресурсов на рынок. Если золото будет оборачиваться, его ликвидность значительно повысится. Почему обязательно продавать, есть много других операций. Предложений от западных партнеров поступает множество, мы еще выбираем условия: одни готовы нам платить за депозит, банк англии хочет плату за хранение от нас.

Существуют законодательные проблемы по вопросу свободной игры цб на внешнем рынке золота. По закону о центральном банке мы можем вывозить золото, по закону о валютном регулировании и валютном контроле это право принадлежит правительству, а по закону о внешнеэкономической деятельности -- лично президенту.

-- Считаете ли вы золото валютной ценностью?

-- позиция цб, которая была уже оглашена, заключается в том, что золото на сегодня уже не валютная ценность, а определенный товар, как это признано во всем мире. Поэтому для него должны действовать два закона: гражданский кодекс, который четко описывает все сделки с любым товаром, и специальный закон о драгоценных металлах и камнях. Все. По этим законам работает весь мир. А у нас начинается: указы президента, инструкции гохрана, инструкции минфина -- зачем?

-- но ведь все сложности либерализации, обложение ндс, акцизами, секретность проистекают именно от восприятия его как особого товара, стратегического?

-- налогообложение -- это совсем другой вопрос. Во всем мире для этого специфического товара снято налогообложение, нам тоже надо так сделать.

-- Значит, это все-таки не совсем товар, ведь глупо обкладывать налогами оборот денег -- золото частично валютная ценность и останется таковой, пока оно кому-то нужно в таком качестве.

-- Азиатский кризис показал, что золото никому не нужно. Центральные банки стран, попавших в валютный кризис, начали сбрасывать золото, когда быстро закончилась валютная составляющая резервов. Цена на рынке сразу упала так, как не падала двадцать лет. Еще в прошлом году мы покупали по 12 долларов за грамм, а сегодняшняя цена -- 9 долларов.

Правительственные структуры не могут объяснить, почему нельзя золото отпустить на свободу, относятся к нему как к священной корове. Покупать на бюджетные деньги золото дорого, денег нет, потом все равно продают на внешнем рынке. В результате добыча падает, такими темпами совсем на нет сойдет. На конец февраля государство еще ни копейки не профинансировало, и я думаю, что в этом году 120 тонн добычи уже не будет. Если бы была свобода, -- были бы кредитные ресурсы зарубежных банков, да и наши банки вкладывали бы больше.