Новости

Елена фомина, владислав максимов.

Возвращение соотечественников -- не только моральный долг, но и экономическая необходимость.

Наталью к. Привезли в больницу клетнянского района брянской области после попытки самоубийства. С мужем и двумя детьми она переехала в россию из таджикистана. Выделенный им региональной миграционной службой дом, который, как уверяли местные власти, был принят госкомиссией, оказался четырьмя голыми стенами без крыши. В трудоустройстве им отказали, поскольку в районе свирепствует безработица. Врачи поставили диагноз: нервное расстройство на почве безысходности.

Недавно назначенный начальник федеральной миграционной службы владимир каламанов признает, что необходимо срочно изменить имидж фмс, что службе "до сих пор не хватало контроля -- прежде всего морального -- со стороны общества", а мигранты зачастую склонны видеть в фмс скорее врага, нежели помощника. Родина встречает репатриантов равнодушно и неприязненно. Между тем 24 млн русских, оставшихся после раздела ссср в других странах, являются, может быть, главной надеждой россии. Приток новых людей способен ослабить или вовсе нивелировать последствия лютого демографического кризиса, постигшего страну.

Импорт населения.

Всем известно, что численность населения россии сокращается. Сегодня рождается вдвое меньше людей, чем умирает. По данным статистиков, потери россии из-за естественной убыли населения составили в 1992-1998 годах около 2 млн человек. Только за три первых месяца 1999 года население страны уменьшилось еще на 209 тысяч человек. Тенденция к снижению численности населения россии сохранится по крайней мере до 2015 года. Кризис достигнет пика в 2005 году, когда из трудоспособного возраста начнет выходить относительно многочисленное поколение людей, рожденных в 50-х годах, а вступать в него будет малочисленная возрастная группа рожденных в конце 80-х -- начале 90-х годов. Это приведет к ежегодному сокращению трудоспособного населения почти на 1 млн человек. И это почти катастрофа.

Когда стране не хватает, например, собственного производства зерна или медикаментов, она их импортирует. Этот элементарный принцип вполне применим к решению демографической проблемы. Но российские власти этого пока не осознали. Дверь в страну не заперта, но стол пуст. Жилье, работа, прописка -- на практике это неподъемные проблемы. Нормативно-правовая база изобилует рогатками на пути приезжих. Получить статус мигранту непросто. Например, человек, обратившийся с ходатайством в территориальные миграционные службы, должен доказать, что там, откуда он выехал, ему могут угрожать преследования по национально-расовым и другим признакам.

Статистика наглядно показывает, что через это мелкоячеистое сито проходят далеко не все желающие. По данным госкомстата, совпадающим с оценками самой фмс, из 6 миллионов человек, приехавших в россию за последние семь лет, фмс присвоила официальный статус вынужденного переселенца или беженца лишь 1,5 млн. Остальные 4,5 млн обустраивались в россии без поддержки государства. Люди вынуждены идти на всяческие ухищрения. К примеру, сегодня в россии действует целая система фиктивных браков. В москве это стоит от 2 до 3 тысяч долларов, в провинции меньше. Посредник находит женщину, желающую подзаработать, покупается фиктивная справка о беременности, оформляется брак, и подаются документы о виде на жительство.

Как видим, импорт населения уже начался -- только без госконтроля.

Свои чужие.

Разумеется, стоит посочувствовать тем 280 тысячам граждан афганистана, которые "зависли" в чужой северной стране без документов. Или сотням тысяч китайцев, снабжающих ширпотребом рынки, на которых отоваривается все титульное население россии. И все же миграционная политика нашей страны должна прежде всего ориентироваться на этнических русских, населяющих страны снг и желающих воссоединиться с исторической родиной. Русские -- этническая категория, составляющая естественную основу миграции: по статистике, они составляют около 70% общего потока переселенцев и беженцев в россию. По сути речь идет о репатриации, имеющей наибольший человеческий потенциал. Привлекая репатриантов, можно смягчить проблемы, признанные на уровне концепции национальной безопасности.

С чем безуспешно пытался бороться еще петр столыпин? вот российско-китайская граница: с нашей стороны -- 8 млн человек, с китайской -- 270 млн; возможно, и "братья навек", но дисбаланс все-таки смущает. В итоге на дальнем востоке и поныне львиную долю работы региональных миграционных служб вкупе с частями мвд занимает депортация китайских коробейников на ту сторону границы.

Несомненно, начавшаяся гуманитарная помощь братьям-сербам -- факт, достойный уважения к сильному государству, в качестве которого пытается проявлять себя россия. Но не лучше ли для начала решить проблему русских переселенцев из чечни? их в россии "защищает" постановление правительства n510, по которому частично компенсируется утраченное жилье и имущество в чечне только тем, кто успел уехать оттуда с 12 декабря 1994 года по 23 ноября 1996 года. Согласно этому документу, переселенец обязан доказать, что ему принадлежало жилье, которое он потерял. Многие люди, отправившиеся за справками бти в ичкерию, назад не вернулись. Сегодня в чечне примерно 25 тысяч русских: рады бы уехать, но знают, что окажутся у разбитого корыта.

Такие частные примеры -- скорее легализованная закономерность, нежели свидетельство произвола чиновников. Стоит углубиться в нормы законодательства -- и выяснишь, например, что переселенец может получить беспроцентную возвратную ссуду на покупку жилья (которую далеко не каждый сможет вернуть) только при наличии двух гарантов, которые на практике получат за услуги от 10% общей суммы. Гарантами, кстати, зачастую выступают и работники территориальных миграционных служб: масштаб для злоупотреблений в этом случае необъятен, как сама русь.

Фмс желает очиститься.

Любой управленец с минимальным стажем госслужбы, прочитав все вышенаписанное, может сказать: "значит, кадры не из тех, что решают все". Спорить с этим трудно. Как свидетельствует отчет счетной палаты рф, лишь по итогам 1997-го и трех кварталов 1998 года фмс использовала не по назначению 910 млн рублей и 1,672 млн долларов. Несмотря на законодательный запрет, внебюджетные средства щедро использовались, например, на оплату труда руководства самой службы. Аудиторы не смогли разобраться, куда ушла валюта, выделенная фмс управлением верховного комиссара оон по делам беженцев и международной организации миграции. Да и с бюджетными средствами дело обстоит не лучше: по данным счетной палаты, в 1997 году из 129 млн рублей, выделенных на программу "дети семей беженцев и вынужденных переселенцев", лишь 23,7 млн были использованы по целевому назначению. Общее недовольство деятельностью фмс выразилось в отставке ее руководителя татьяны регент.

"Надо чистить ваши ряды", -- заявил новый директор владимир каламанов представителям всех региональных миграционных служб, собрав их в середине июня на совещание в подмосковном болшеве. За время, проведенное на должности представителя президента рф в северной осетии и ингушетии, каламанов накопил немало претензий в адрес прежней структуры фмс. На начальную "оптимизацию" региональных служб он отвел две недели. А потом будет дорабатываться концепция государственной миграционной политики. Ее надлежит передать в правительство уже к ноябрю этого года, а пока пунктиром набросаны основные тезисы. Во-первых, идет подготовка к труду и обороне от ведомственной помощи министерств труда и обороны. Это помогло бы пресечь известную инициативу по передаче минтруда функций фмс.

Во-вторых, задуман стратегический союз с мвд. Назначение милицейского генерал-лейтенанта владимира калашникова первым замруководителя фмс -- только первый шаг в этом направлении: при поддержке мвд легче получить для службы новые полномочия. Пробным шаром, по словам каламанова, могла бы стать передача функций паспортно-визового контроля из мвд в фмс. Кроме того, сейчас планируется эксперимент по передаче на баланс фмс четырех военных городков в разных регионах россии. Параллельно -- уже обещанная чистка рядов, чему должны помочь две новые структуры в составе фмс -- контрольно-ревизионный отдел и финансово-экономическое управление. Не стоит сомневаться, что "отдельных недостатков" хватит надолго: ревизоры службы уже в текущем году планируют проверить более 30 территориальных служб и объектов.

Вот только смущает, что всем проверяемым заранее будут известны сроки проверок -- успеют подготовить и хлеб-соль, и финотчетность. Да и вообще, при всей симпатии к реформаторам в рядах фмс возникает опасение, что на сами реформы уйдет несколько лет. Конечно, с помощью новых функций легче реализовать давнюю мечту о министерстве по делам миграции, "выбить" под это гораздо больше бюджетных денег и честно, до копейки, потратить их по назначению. Но не менее очевидно, что мигранту и сейчас наплевать на официальный статус федерального органа -- ему важно, чтобы этот орган эффективно и бесперебойно защищал его интересы.

Акценты взамен политики.

Дело осложняется тем, что в россии просто не существует единой государственной миграционной политики. Вопиющий пример: с февраля прошлого года, когда конституционный суд рф признал не соответствующими конституции прежние правила регистрации и снятия граждан рф с регистрационного учета, новый порядок взамен упраздненного так и не утвержден. При этом, как вы понимаете, сам институт регистрации и прописки жив-здоров.

Словом, вместо единой миграционной политики у нас есть, как принято выражаться, "приоритеты" и "акценты". Акцентов здесь на любой вкус. Например, региональный устав краснодарского края -- он с таким акцентом, что позволяет дискриминировать даже граждан рф, не имеющих отметки о постоянном проживании в крае. Свой акцент -- в кабардино-балкарии, парламент которой вообще запретил до 2000 года регистрацию всех прибывающих на жительство в республику, а также в дагестане, северной осетии, ингушетии и прочих, не менее самобытных регионах россии.

Среди этих регионов, заметим, преобладают те, где процесс вытеснения нетитульного населения если и не является частью региональной политики, то все равно вполне выражен. "Русские" регионы -- ставрополье, краснодар -- отвечают взаимностью. Все это поддерживает потенциал межэтнических стычек на территории россии.

Есть, конечно, астрахань, брянск, воронеж или псков, где мигрантов, напротив, пытаются привлечь преференциями. Но и здесь, повторим, преобладают "акценты", расставленные в местных миграционных программах. А миграционное движение в россию, которое давно следует организовать на государственном уровне, по-прежнему носит характер броуновского. Миграционные службы зачастую подчиняются напрямую местным властям; в планы же амбициозных губернаторов прием мигрантов не входит: "своих некуда девать".

Время упущено не навсегда.

Они тем временем деваются сами собой: естественная убыль. Единственный фактор, не позволяющий населению столь же естественно уменьшаться еще быстрее, -- миграция в россию. Несмотря ни на что, россия до сих пор сохранила и положительное сальдо миграции, и более или менее сносную ситуацию с "утечкой мозгов". Только в прошлом году переселенцы увеличили население страны на 288 тысяч человек. По сообщениям самих руководителей фмс, именно за счет репатриантов во многих регионах россии решена проблема острой нехватки сельских учителей и врачей. Основой притока остаются этнические русские, покидающие казахстан, украину, азиатские страны снг. По мере того как спадает острота конфликтов на национальной почве, среди них все более явно преобладают экономические мигранты.

Казалось бы, самое время уделить миграции из стран снг наибольшее внимание: за относительно квалифицированную и дешевую рабочую силу так или иначе будут бороться работодатели из других стран. Но время уходит: вот уже два года миграция из ближнего зарубежья падает. Прогнозы специалистов неутешительны: по итогам нынешнего года сальдо миграции с пятью-шестью странами снг может обнулиться или стать отрицательным.

Тому виной, конечно, и 17 августа, после которого многие потеряли охоту к перемене своих мест на российские. Но не слишком ли схематично объяснение: пока, мол, в стране кризис, ни к чему плодить безработицу? из тех же отчетов, свидетельствующих о сокращении притока мигрантов из центральной азии и казахстана, можно понять, что каждый третий русский там не готов учить язык страны проживания, а почти каждый второй готов оттуда уехать. Несмотря на экономический кризис, потенциальный ресурс миграции соотечественников в россию выглядит внушительным, даже если лишь половина желающих уехать предпочтет россию, а не более дальние края.

Вот только историческая родина не готова к приему: ни единой политики, ни, соответственно, денег на ее реализацию. Сейчас финансирование миграционных программ загнано в дальний угол расходной части госбюджета. Трудно представить ранг ниже, чем раздел "прочие расходы" в статье "социальная политика". При этом бюджетный комитет госдумы в целом против того, чтобы вычленить расходы на миграционную политику в отдельную бюджетную статью, чего добивается фмс. Не исключено, что в самой миграционной службе сейчас побаиваются большого притока мигрантов извне россии: крохами с бюджетного стола всех не накормить.

Новое руководство фмс при поддержке территориальных служб надеется-таки выработать единую стратегию любви к зарубежным соотечественникам. Пожелаем ему успехов в продвижении по ведомственной "табели о рангах" и колонкам бюджетного классификатора. И не потому, что новые "кадры" должны оказаться способнее прежних и чудесным образом решить все. Как раз сам владимир каламанов утверждает, что индивидуальная работа с мигрантами "чиновникам не по плечу" и всерьез намерен сотрудничать с общественными организациями, занимающимися проблемами мигрантов.

Труднее оспорить другие доводы. О том, что решение проблем миграции должно быть одним из главных приоритетов государства -- если оно, конечно, рассчитывает выбираться из экономического коллапса, развивать предпринимательство, создавать новые рабочие места и т. Д. А для этого нужно увеличивать финансирование миграционных программ, усиливая контроль за денежными потоками. На территории россии проживает несколько миллионов нелегальных мигрантов и непризнанных переселенцев, которые при полноценной миграционной госполитике могли бы стать добропорядочными налогоплательщиками. А для этого нужно создать единую максимально упрощенную процедуру регистрации мигрантов -- такую, которая давала бы основания бороться лишь с теми, кто от нее уклоняется.