Новости

Сергей будылин*.

Отказ ирландии от статуса офшорной зоны и заключение нового договора россии с кипром заставляют пересмотреть привычные схемы налогового планирования.

*Сотрудник компании roche & duffay.

До 1989 года в великобритании существовали нерезидентные компании, которые вели коммерческую деятельность исключительно вне территории соединенного королевства и освобождались на этом основании от уплаты британских налогов. Понятно, что многие островные государства, находящиеся в сфере действия британского общего права (включая острова неподалеку от великобритании, например нормандские или остров мэн, и находящиеся в карибском море -- багамы или каймановы острова), также ввели у себя институт безналоговых компаний.

Офшорные компании стали излюбленным инструментом предпринимателей со всего света, желающих облегчить свое налоговое бремя. Разумеется, они стали и постоянной головной болью налоговых властей. В 1989 году, после того как по решению властей страны нерезидентные компании прекратили существование в великобритании, взоры многих пользователей обратились к ирландии, где нерезидентные компании существуют с середины 70-х годов.

По сравнению с большинством офшорных зон ирландия обладала важным преимуществом: "карибско-островная" юрисдикция частенько бросает тень на имидж компании. К тому же на свидетельстве о регистрации, скажем, багамской компании стоит аббревиатура ibc (international business company, компания международного бизнеса), прямо указывающая на ее офшорный статус, в то время как регистрационные документы ирландских нерезидентных и резидентных компаний ничем не отличаются.

В результате ирландские офшоры приобрели большую популярность. По некоторым оценкам, из 156 тысяч компаний, зарегистрированных в ирландии по состоянию на 1998 год, около 40 тысяч были нерезидентными.

Репутация дороже.

Поначалу ирландию вполне устраивало то, что нерезидентные компании хотя и не платят налогов, но держат деньги в ирландских банках и создают рабочие места для юристов, эти компании регистрирующих. В последнее время, однако, обстановка начала накаляться. Ирландия -- член европейского союза, а существование льготных налоговых режимов в корне противоречит самой идеологии единого экономического пространства, а также директивам ес. Недовольными оказались и власти сша: крупные американские корпорации с удовольствием пользовались возможностью аккумулировать доходы в ирландии, не платя никаких налогов на совершенно законных основаниях.

Ирландии не раз намекали на то, что создавать подданным других государств условия для уклонения от налогов, наказывая собственных граждан за то же самое, по меньшей мере нелогично. Робкая попытка ирландского правительства обязать нерезидентные компании предоставлять более подробную информацию о своей деятельности не дала результатов. Пошли разговоры об использовании ирландских компаний для отмывания грязных денег.

Репутация ирландии несла большой урон. Что хуже всего, любимое детище страны, международный финансовый центр (мфц) в дублине, начало вызывать подозрения у зарубежных партнеров. Компании, зарегистрированные в этом центре, специализируются на предоставлении банковских и финансовых услуг и облагаются налогом по льготной ставке 10%. В дальнейшем планируется увеличить ее до 12,5%, чтобы соответствовать требованиям ес. Дублинский центр является самым быстрорастущим объединением такого рода в европе и даже удостоился в прессе эпитета "кельтский тигр". Так вот, многие иностранцы путали нерезидентные конторы, зачастую пользующиеся дурной славой, с добропорядочными компаниями, зарегистрированные в мфц. Появился и новый уничижительный эпитет: "каймановы острова северной атлантики"...

Парламентские дебаты были бурными. Оппозиция обвинила правительство в сокрытии масштабов бедствия и во всех смертных грехах заодно. Давление оказалось результативным: недавно опубликованный проект бюджета ирландии на 1999 год устанавливает, что все вновь зарегистрированные (начиная с 11 февраля) компании будут резидентны в налоговом отношении, то есть будут облагаться налогами по полной программе. Что же касается компаний, зарегистрированных ранее, то они теряют свой нерезидентный статус 1 октября 1999 года.

Столь короткий переходный период вызвал бурное возмущение владельцев нерезидентных компаний. Поскольку бюджет еще не проголосован и не имеет силы закона, не исключено, что этот период будет несколько продлен.

Ирландско-кипрский тандем.

Впрочем, документом предусмотрены и некоторые исключения из общего правила. Например, компания не теряет свой нерезидентный статус в том случае, если ее акции котируются на бирже. Кроме того, компания не теряет нерезидентный статус, если она контролируется лицами, резидентными в налоговом отношении в странах ес или в странах, с которыми у ирландии есть налоговый договор. Такая компания может быть признана резидентной и облагаться налогом там, где живут контролирующие ее лица. Если налоговый договор с какой-то страной предусматривает нерезидентность компании в ирландии на иных основаниях (например, коммерческая деятельность компании, зарегистрированной в ирландии, фактически происходит на территории второй страны -- участницы договора, где она и облагается налогами), это тоже принимается во внимание.

Что касается россии, то она подписала с ирландией налоговый договор. Однако вряд ли российские владельцы ирландских офшоров захотят сохранить их безналоговый статус в ирландии, одновременно став "налогообязанными" у себя на родине.

Выбор владельцам ирландских офшоров предоставлен небогатый. Можно свернуть деятельность ирландской компании и создать другую где-то еще. Некоторые офшорные зоны (гибралтар) предоставляют возможность перерегистрации там компаний, ранее зарегистрированных в другой стране: в этом случае сохраняется правопреемственность -- активы (и долги) автоматически переходят к гибралтарскому юридическому лицу. В качестве альтернативы можно сохранить ирландскую регистрацию и нерезидентный статус, наняв директоров из страны ес или страны, имеющей налоговый договор с ирландией, получив, соответственно, статус налогового резидента в этой стране.

Казалось бы, какая разница, где платить налоги? однако в списке стран, имеющих договор с ирландией, есть любимый многими россиянами кипр.

Характерной особенностью законодательства кипра является то, что офшорные кипрские компании являются кипрскими налоговыми резидентами и налогоплательщиками. Они платят налог на свой чистый доход (прибыль) в размере 4,25%. Как ни странно, как раз это и является во многих случаях преимуществом кипрских офшорных компаний, поскольку кипр назаключал множество международных налоговых договоров. Если бы кипрские офшоры не были резидентными и совсем не платили налогов, они бы не подпадали под действие этих договоров и не пользовались предоставляемыми ими льготами.

Наняв кипрских директоров и зарегистрировав офис на кипре, ирландская компания может получить статус кипрского налогового резидента. Не ведя коммерческой деятельности на самом кипре, она будет платить налог по офшорной ставке. Не будучи резидентом в ирландии, в этой стране она не будет платить ничего. В результате получится ирландская компания, облагаемая налогом по кипрской офшорной ставке. При этом сохраняются все имиджевые преимущества ирландской компании, упоминавшиеся ранее. Такая конструкция уже применялась в налоговом планировании, хотя широкой известности не получила. Кипр имеет договор с великобританией, по которому британская компания может быть признана резидентной на кипре, если там находится ее руководящий центр. Ну а с точки зрения имиджа британская компания, пожалуй, еще лучше, чем ирландская.

Спасибо ссср.

Налоговый договор был заключен кипром и с нашей страной. Налогообложение доходов иностранной компании в россии зависит от того, есть ли на территории рф ее постоянное представительство (то есть постоянный офис, фабрика, строительная площадка или просто представитель с правом заключения договоров) или нет. Если постпредство есть, его доходы и имущество облагаются налогами по российским ставкам. Если нет, доходы, полученные с территории россии (дивиденды, проценты, роялти), облагаются налогом у источника выплат -- налог уплачивает российская сторона, осуществляющая платеж за границу. Для международных перевозок ставка у источника составляет 6%, для дивидендов и процентов -- 15%, для роялти и других выплат -- 20%. В эту схему могут быть внесены изменения налоговым договором с соответствующей страной.

Как пользоваться этим законом? во-первых, может быть скорректировано определение постоянного представительства. Обычно приводится список видов деятельности, которые, согласно условиям договора, не приводят к образованию постпредства и не облагаются налогом. Наибольший интерес в этом списке обычно представляет краткосрочное строительство: российские строители зачастую заключают договор на строительство объектов в россии от имени кипрского офшора. Причем если строительная площадка существует менее 12 месяцев, доходы по ней не облагаются российским налогом. Офшорная же компания передает работу в субподряд той же российской организации, а прибыль аккумулируется на кипре в низконалоговом режиме.

Во-вторых, договором могут быть уменьшены ставки налогов у источника. Удивительно, но договор с кипром, заключенный еще в 1982 году, когда об офшорах в ссср и не слыхали, является едва ли не самым льготным из всех у нас имеющихся. По его условиям абсолютно все ставки налогов у источника равны нулю! напомним, что кипрские офшорные компании резидентны на кипре, а значит, в полной мере пользуются всеми льготами. Именно этим, например, объясняется тот факт, что при нашумевшей приватизации "связьинвеста" его акции были выкуплены именно на кипрский холдинг.

Черт не страшен.

В конце прошлого года пришло шокирующее, хотя и давно ожидаемое известие -- налоговый договор с кипром пересмотрен! кипр, которому позарез нужны были наши противовоздушные комплексы с-300, не устоял перед давлением российской стороны, не слишком довольной наличием у себя под боком офшорной зоны. 5 декабря 1998 года новое налоговое соглашение между правительствами кипра и россии было подписано, а 10 декабря уже одобрено советом министров кипра. Для вступления в силу оно должно быть ратифицировано российской думой и официально опубликовано. При условии вступления в силу в 1999 году новый договор будет применяться с 1 января 2000 года.

Как ни странно, оказалось, что страхи владельцев кипрских офшоров были преувеличены. Да, новое соглашение менее выгодно, чем старое, но эти ухудшения не катастрофичны: ставка налога увеличилась только в отношении дивидендов -- до 5-10%. В остальном соглашение сохранило основные черты старого договора: все прочие ставки налогов у источника по-прежнему нулевые, а строительная площадка, существующая менее 12 месяцев, не образует постпредства и не облагается налогом.

Правда, прибавлены некоторые положения, предназначенные для предотвращения уклонения от налогов. Например, если в силу "особых отношений" (так сформулировано в договоре) между кипрской и российской компанией размер выплачиваемых на кипрский офшор процентов или роялти искусственно завышается, то избыточная часть платежа может быть обложена налогом по полной программе.

Кроме того, вводится понятие ассоциированных предприятий, то есть предприятий, связанных между собой на уровне управления, контроля или участия в капитале. Если в их коммерческих отношениях устанавливаются не такие условия, как у независимых предприятий (прежде всего имеются в виду манипуляции контрактными ценами), то прибыль, образовавшаяся "не у того" предприятия, может быть в принудительном порядке включена в налогооблагаемую прибыль его ассоциированного контрагента. Но механизм определения "особых отношений" или "ассоциированности" пока остается туманным.