Новости

Наталья хорошавина, михаил козырев.

Благодаря закону "о банкротстве кредитных организаций" банк россии усилит свое влияние на банковскую систему.

Нешуточный кризис банковской системы заставил цб активизировать меры по ее санации. Вот-вот приступит к работе агентство по реструктуризации кредитных организаций (арко), которому, по предварительным прикидкам, предстоит ликвидировать около семисот несостоятельных банков. Однако реальных инструментов для эффективной санации банков до последнего времени у цб явно недоставало. Понятно, что банк хочет собрать в своих руках рычаги влияния на банки в процессе их банкротства за счет определенного поражения в правах внешних кредиторов.

Четкой процедуры банкротства кредитной организации в россии до сих пор нет. В ожидании специального закона для банков суды и кредиторы руководствуются общим законом о банкротстве, который банковскую специфику не учитывает. Впрочем, ждать осталось недолго: в первых числах февраля, после того как совет федерации преодолеет президентское вето, закон "о несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" вступит в силу.

Мертвые души.

Инициировать судебную процедуру банкротства в отношении неплатежеспособного банка сегодня можно только лишь после того, как цб отзовет у него лицензию. То есть банк может сколь угодно долго не исполнять свои обязательства, откачивая активы подальше от кредиторов. При отзыве лицензии банк перестает быть ловушкой для приходящих на его счета денег. Однако отсутствие лицензии не мешает юридическому лицу, коим кредитное учреждение остается вплоть до ликвидации, совершать сделки со своим имуществом. Тот факт, что основным занятием большинства временных управляющих несостоятельных банков является поиск сбытых на сторону активов, подтверждает этот дефект законодательства.

Жесткая связка "отзыв лицензии--банкротство" не дает оснований даже теоретически надеяться на возрождение неплатежеспособного банка. Реанимировать кредитное учреждение после отзыва лицензии практически невозможно, поскольку специальная правоспособность не позволяет ему заниматься никакой другой деятельностью, кроме банковской. А финансовое оздоровление предприятия, которое лишено возможности зарабатывать, -- просто нелепица. Кроме того, если акционерам и менеджерам неплатежеспособного банка по каким-то причинам выгодно тормозить процесс банкротства, судебная тяжба с цб на предмет неправомерного отзыва лицензии самое то, что надо.

Казалось бы, право цб ввести в проблемный банк временную администрацию могло бы способствовать предотвращению утечки активов. Однако защита интересов кредиторов далеко не первостепенное занятие временной администрации, поскольку есть еще такие важные задачи, как ловля бюджетных средств, застрявших налоговых платежей, сохранение платежной системы, наконец. К тому же сам цб может быть кредитором проблемного банка.

Новации.

Как выяснилось, новый закон "о банкротстве кредитных организаций" закрепляет существующее положение вещей. Более того, судя по тексту этого документа, отзыв лицензии -- это действительно "черная метка" проблемному банку, получение которой означает только ликвидацию и ничего больше. Столь заметная перемена акцентов произошла из-за того, что классический способ лечения банкрота в виде назначаемого судом внешнего управления вообще выведен за скобки судебной процедуры.

Судебная процедура банкротства состоит из триады "наблюдение--внешнее управление--конкурсное производство". С учетом конкретных обстоятельств суд применяет эти процедуры к должнику. Закон "о банкротстве кредитных организаций" фактически упраздняет внешнее управление, поскольку деятельность банка россии по введению временной администрации не требует какого-либо судебного одобрения. В свою очередь, наблюдение и конкурсное производство в отношении должника могут применяться в рамках судебной процедуры. Из этого разделения полномочий между судебной властью и банком россии следует, что суды будут заниматься лишь организацией похорон несостоятельных банков.

При введении временной администрации банк россии имеет право объявить мораторий на удовлетворение требований кредиторов банка на срок не более трех месяцев. Сказать определенно, в каких именно случаях подобная мера может применяться, невозможно. Согласно новому закону, основанием для такого моратория является факт введения внешней администрации. А поводов для ее появления в банке может быть сколько угодно -- от нарушения любых нормативов цб до наступления признаков несостоятельности. Срок действия временной администрации -- полгода, однако при определенных обстоятельствах он может быть продлен до полутора лет. Причем временная администрация имеет право отказаться исполнять договоры банка.

Заметим, что действующее законодательство о банкротстве предусматривает как мораторий, так и отказ от исполнения договоров, однако получить подобную отсрочку перед кредиторами должник может только по решению суда о назначении внешнего управления. В случае с банками получается, что чисто судебные функции возьмет на себя назначающий временную администрацию центробанк.

Еще одна неприятная деталь -- новый закон не позволяет несостоятельным банкам заключать мировое соглашение со своими кредиторами. То есть все нынешние потуги наших финансистов полюбовно договориться с кредиторами о реструктуризации долгов обречены на провал из-за того, что законодатель по недосмотру или с умыслом их от такой возможности отсек. Несомненно, эта новация прибавит работы новорожденному арко.

Да и судам новый закон сулит неспокойную жизнь. Ведь куда как не в суд бежать обиженному кредитору.

Кругом одни интриги.

Обсуждаемый закон прошел весьма тернистый путь в думских кабинетах. Как ни странно, последствия финансового кризиса на этом документе не отразились вообще, поскольку законодатель действовал по принципу "лучше неважный закон, чем его отсутствие". В сентябре прошлого года документ в его нынешнем виде принимает госдума, затем одобряет совет федерации, в декабре же последовало президентское вето. Этот шаг был мотивирован недостаточной защитой прав кредиторов, а в качестве альтернативы выдвинут президентский законопроект. Он хотя и снимает многие недостатки одобренного парламентом закона, все же неприемлем, поскольку подразумевает создание нового органа банковского надзора, подконтрольного правительству. Пятнадцатого января, отклонив президентский законопроект, госдума вето преодолела.

На минувшей неделе вето должны были преодолевать сенаторы. Предварительные слушания в бюджетном комитете совета федерации не оставляли сомнений, что губернаторы проект примут. При этом в кулуарах активно обсуждался слух, что сейчас президент уже не настаивает на своем законопроекте.

Доводы председателя фкцб дмитрия васильева о том, что внесудебные моратории навредят регионам, на губернаторов впечатления не произвели. Выступления недовольных вкладчиков, потери юридических лиц и задержки с налоговыми платежами уже имели место во многих регионах, и пугать этими бедствиями губернаторов просто наивно.

Тем не менее 27 января совет федерации отложил преодоление вето, увязав эту процедуру с датой первого чтения поправок к закону "о центральном банке рф". Поправки, о которых так пекутся губернаторы, разработаны информационно-аналитическим управлением сф под руководством сергея глазьева и в основном направлены на ограничение оперативных полномочий цб, поскольку обязывают банк россии согласовывать с законодателями практически все аспекты кредитно-денежной политики вплоть до изменения ставки рефинансирования. Как это ни удивительно, получается, что закон "о банкротстве кредитных организаций" стал разменной картой в игре на полномочия цб.

Основные положения закона "о банкротстве кредитных организаций" комментирует заместитель председателя банка россии александр турбанов:

прежде всего я бы пытался возразить критикам законопроекта "о банкротстве кредитных организаций" относительно того, что этот документ не сбалансирован. Сейчас в цб обращаются вкладчики и другие кредиторы банков, у которых отозвана лицензия, с просьбой оказать содействие в организации ликвидационных процедур, в эффективной реализации активов, в установлении контроля над работой конкурсных управляющих. А цб в ответ вынужден говорить, что никаких прав в отношении кредитных организаций на стадии ликвидационных процедур он не имеет -- ни в отношении самих кредитных организаций, ни тем более в отношении конкурсных управляющих, которые назначаются судом и подконтрольны судам. При этом мы сами прекрасно видим, без участия цб эти проблемы не могут быть эффективно решены. Принятый госдумой закон предусматривает участие цб в ходе ликвидационных процедур, тем самым устраняя существовавший ранее дисбаланс.

Второй момент касается расширения возможности финансового оздоровления кредитной организации до отзыва банковской лицензии. На этот счет в законе о центральном банке имеется одна строка -- цб имеет право требовать от кредитной организации принятия мер по финансовому оздоровлению. Понятно, что эти меры необходимо конкретизировать на законодательном уровне. Именно эту задачу и решает новый закон, перенося основные акценты с судебных процедур на досудебную стадию, когда еще можно говорить о восстановлении платежеспособности банка. Ведь когда начинаются судебные процедуры, о возрождении банка говорить уже поздно.

Основное отличие банков от других организаций заключается как раз в том, что заявление о признании банкротом обычного предприятия не означает, что оно тут же должно быть ликвидировано. Пока судебные процедуры идут, завод может более или менее благополучно продолжать свою деятельность и пытаться выкарабкаться. С банками ситуация иная. Их работа связана с лицензией, и если она отозвана, то на стадии судебных процедур банки уже не могут заниматься своей основной деятельностью.

Представьте себе, что отзыв лицензии для возбуждения процедуры банкротства необязателен. Тогда любой недобросовестный конкурент может использовать эту процедуру лишь для того, чтобы нанести ущерб конкурирующему банку, поскольку сразу же после известия о возможном банкротстве начнется отток клиентов из банка. Таким образом можно буквально за пару дней повалить любой, даже очень устойчивый, банк -- это очевидно. Тем не менее мы каждый раз вынуждены доказывать, что отзыв лицензии должен быть непременным условием для обращения в суд с заявлением о банкротстве. Если к банку есть претензии, он не выполняет своих обязательств, никто не лишает кредитора права на судебную защиту -- пусть суд обяжет должника заплатить. Если же финансовое состояние банка не позволяет ему рассчитаться, то никто, кроме цб, не может это лучше других зафиксировать. Так что проблема отзыва лицензии прежде всего экономическая, а не судебная.

Мне могут возразить: "цб иногда может несвоевременно принять решение об отзыве лицензии, а в это время будут растаскиваться активы". Так вот, данный закон этот случай тоже предусмотрел, предоставив кредиторам право обратиться с заявлением о необходимости отзыва лицензии в цб. И несвоевременное рассмотрение такого заявления чревато для цб судебным иском. Подобные меры защищают права кредиторов и гарантируют своевременную реакцию цб.

Кроме того, бывают ситуации, когда налицо признаки банкротства и в то же время есть основания надеяться на восстановление платежеспособности банка. Это прежде всего может проявляться в наличии реальных инвесторов, готовых участвовать в финансовом оздоровлении банка. Почему же в таком случае банк россии должен спешить с отзывом лицензии? мы должны детально разобраться в возможностях данного инвестора, смотрим его финансовое состояние, балансы. Как вы понимаете, на это нужно время. Но в итоге это работает на интересы кредиторов, для которых восстановление банка выгодно.

В заключение я хочу обратить внимание на то, что в законе появляется целый блок норм, восполняющих пробелы действующего законодательства. Взять, к примеру, назначение временной администрации. В законе о центральном банке не указаны четкие основания для применения данной меры. Это, с одной стороны, предоставляет банку россии простор, а с другой -- дает любому банку возможность обжаловать решение цб о введении временной администрации. Новый закон эту проблему решает, поскольку содержит специальную статью с перечнем оснований для введения временной администрации.