Новости

Беседу вела галина костина. Генеральный директор старейшего в европе кондитерского концерна "бабаевский" сергей носенко утверждает, что будет владеть третью российского рынка.

Оао "кондитерский концерн 'бабаевский'" -- компания номер один на российском кондитерском рынке. В прошлом году объем реализации всех входящих в концерн предприятий составил 150 тыс. Тонн. В планах компании увеличить объем производства до 350 тыс. Тонн. Сейчас в концерн входят оао "бабаевское", оао "рот фронт", оао "южуралкондитер", зао "сормовская кондитерская фабрика", зао "шоколадная фабрика 'новосибирская'", сеть торговых домов в мурманске, оренбурге, смоленске, казани, омске, тамбове, красноярске, а также в белоруссии. "Бабаевский" ведет активную политику на рынке, скупая региональные фабрики.

В прошлом году в рейтинге крупнейших компаний россии "эксперт-200" по объему реализации оао "бабаевское" занимало 136-е место, а в рейтинге компаний с наибольшей производительностью входило в первую двадцатку.

-- Вы пришли на фабрику три года назад. Что вы предприняли первым делом?

-- приказал разломать в вестибюле кладовки и сделать практически у входа на фабрику кабинет номер один -- отдел маркетинга. Мы выставили там всю нашу продукцию, положили там договоры, прайс-листы, рекламную продукцию. Сначала было тяжеловато, но потом появились профессиональные маркетологи -- и дело пошло.

-- Пришлось ли сокращать персонал?

-- конечно. И сокращать, и переучивать. Одну только бухгалтерию мы более чем наполовину обновили. Организовали обучение, создали компьютерный класс. Разрабатывали программы: сырьевые, по реализации. Сейчас при инкомбанке функционирует расчетный центр кондитерского концерна: мы видим финансовые потоки каждый день, вся информация, которая была темным лесом, стала прозрачной. Пригласили аудит. Сделали его сначала по российским стандартам, теперь нас ведет "артур андерсен".

-- Как коллектив воспринял нового собственника -- инкомбанк -- и нового менеджера?

-- наверное, коллектив был к этому готов. Никому ведь на самом деле не нравится работать плохо. Мы сразу взялись за работу. Все это видели. Сначала некоторые думали: вот пришел новый директор, сейчас оппозиционеров выгонит. Этого не было. Была оценка по труду.

Было согласие. Ведь как люди думали: елки-палки, фабрика выпускает замечательную продукцию, есть имидж, есть потенциал, почему ж не процветать? и правильно думали -- "бабаевка" уникальнейшее предприятие, старейшая фабрика в европе, старше "нестле": ее в тысяча восемьсот четвертом году основал русский купец абрикосов. Мы, кстати, сейчас поставили на реконструкцию дом абрикосова, там будет музей и бизнес-центр. Сейчас собираем экспонаты. Я с сотрудниками нашел диплом гран-при с выставки в париже в столярной мастерской! брошено, никому не нужно. Когда мы стали собирать экспонаты, народ очень воодушевился.

-- А какие традиции идут еще от купца абрикосова?

-- более тридцати наименований и сортов продукции. Например, известная "красная шапочка" уже глубокая старушка -- ей сто лет. Сейчас мы начинаем возвращаться к старым этикеткам. "Золотой петушок", который раньше на этикетке был маленький и смирный, теперь большой, бойцовский, как в старые времена.

-- Была ли у фабрики своя дистрибуторская сеть? пришлось ли вам ее модернизировать?

-- сеть была в упадочном состоянии. Нам пришлось пройти через несколько этапов. Сначала были дилеры. Но с нашими российскими штучками: кто-то исчез, у кого-то плохо получалось... Начали делать дистрибуторскую сеть. Сегодня мы завершаем работу над сетью своих торговых домов. В конце года у нас будет примерно пятьдесят отделений торговых домов, в которых пятьдесят один или семьдесят пять процентов акций собственность концерна. Они уже есть в белоруссии, мурманске, оренбурге, смоленске, казани, омске, тамбове, красноярске. Они еще растут. Сейчас более сорока объемов продаж идет через них, планируем довести до шестидесяти- семидесяти процентов. Остальное -- наша дистрибуция и прямая розница. Торговые дома имеют льготную систему, мы даем им продукцию на реализацию, даем скидки, рекламируем их. Поэтому конкурировать на рынке с ними будет тяжело.

-- После того как в девяносто пятом году инкомбанк купил контрольный пакет акций бабаевской фабрики, на ней произошли значительные изменения. Почему был избран именно такой путь, ведь пошел же "красный октябрь" своей дорогой -- без привлечения сторонних инвесторов -- и неплохо развивается?

-- наш путь, на мой взгляд, более прогрессивный. Если сегодня нас сравнивать с группой "красного октября", то мы уже раза в три мощнее. Идею создания мощного концерна было бы трудно осуществить без хорошей финансовой поддержки.

-- Банки, купившие контрольные пакеты акций предприятий, бывает, этим ограничиваются и не проводят никаких инвестиционных программ. Как ведет себя инкомбанк?

-- мы живы, мы развиваемся, мы обновляемся, и все это делается совместно с банком. За эти годы в развитие вложено около тридцати миллионов долларов, одна только линия на нашей фабрике стоила семь с половиной миллионов долларов. А еще мы проделали массу черновой работы: сделали очистные сооружения, поменяли коммуникации, заканчиваем экспедиционный комплекс, который до нас строили семнадцать лет. Реализуется программа реконструкции региональных фабрик.

Банк не мешает нам работать, а помогает. Вместе с банком нас воспринимают по-другому. В банковский холдинг входят многие предприятия, с которыми и наш концерн находится в тесной связке. Мы оптимизируем сырьевые потоки, решая вопросы крупных объемов, четких поставок, хорошей цены (у нас цена на сахар одна из самых низких на рынке). За счет того, что компаниям-поставщикам банк выставляет аккредитивы, фабрики получают отсрочку платежа до шестидесяти дней. Сейчас у многих фабрик трудности с оборотными средствами, и мы им даем сырье в виде товарного кредита. Нижнему новгороду мы даем орех, сухое молоко, сахар. Да без банка мы, естественно, и не могли бы купить региональные фабрики. Единственный наш упрек главному акционеру -- бюрократическое затягивание некоторых вопросов, из-за чего идет потеря времени. А потеря времени это потеря динамики нашего развития.

-- Понятно, что при покупке небольших региональных фабрик вы практически не встречали сопротивления. Но как вы договорились с "рот фронтом"? фабрика-то большая, со своими традициями...

-- Там, как и у всех, был спад производства, проблемы управления. Конечно, при некоторых условиях они могли бы существовать как отдельная фабрика. Но настал критический момент. Люди не захотели жить по-старому. Они уже были психологически готовы к переменам. Были и другие охотники купить "рот фронт", но они выбрали нас -- мы все же родные, мы производители. А что такое, к примеру, фонд? купил. Через два-три года продал. Сегодня купил дешевле, потом за счет капитализации поднял стоимость акций, продал задорого. Время идет, предприятие не развивается. А мы предоставляем полную концепцию развития, мы предлагаем стратегическое, а не портфельное участие. Мы ведь сейчас концерн строим не только на кондитерских предприятиях, мы имеем предприятия, которые занимаются сахаром, патокой, крахмалом. Сейчас юридически в концерн входит с десяток промышленных предприятий, в том числе поставщики сырья.

-- В этом году вы планируете какие-нибудь приобретения?

-- да, но не скажу какие. Это будут кондитерские фабрики, сахарные, крахмало-паточные, молочные заводы. Хотя один пример могу привести. Мы подписали соглашение со смоленской областью. Они дали нам предложения по четырем предприятиям, производящим сухое молоко, сливки. Мы анализируем эти проекты. Сначала нам готовы отдать эти предприятия в доверительное управление.

-- Вы не боитесь покупать столько предприятий, не трудно ли будет со всем этим хозяйством управляться?

-- а для чего же мы делаем концерн? для хорошей, жесткой управляемости. Мы рассчитываем, что в течение двух лет все поэтапно сделаем. Все программы -- производственные, инвестиционные, финансовые -- планируются и выполняются четко.

-- Как, на ваш взгляд, будет развиваться российская кондитерская отрасль?

-- во многом это будет зависеть от экономики в целом. Мы ведь зависим от потребления. А оно за эти годы упало в два раза. Если экономика начнет подниматься, то и уровень жизни возрастет. Все отрасли, в том числе и наша, будут еще больше концентрироваться. Будущее за крупными корпорациями, концернами типа нашего. Мелким будет тяжело, ведь только мы собираемся в ближайшем будущем занять треть российского кондитерского рынка.

-- Каковы ваши отношения с мировым рынком?

-- слабенькие. Но потихоньку начинаем набирать обороты. У нас тесные отношения с партнерами из греции, отправляем продукцию в америку, канаду, израиль, иран, монголию. Пока мало, не более пяти процентов от всего объема. Нас там не ждут.

-- Многие считают, что русский шоколад -- самый лучший. Вы тоже так думаете?

-- нет. Качественный шоколад производят во многих странах мира. По импортируемой в россию продукции нельзя судить о западном качестве, нам поставляют что подешевле. У них тоже делают качественный шоколад без искусственных заменителей, правда, стоит он раз в пять дороже, чем наш. Технология-то классическая во всем мире, и оборудование практически одно и то же. У нас, например, почти девяносто процентов оборудования -- импортное.

-- Кто ваш главный конкурент?

-- на кондитерском рынке самая жесткая борьба идет с крупнейшими западными компаниями. "Нестле", "марс", "кэдбери" уже купили ряд предприятий в россии и вряд ли этим ограничатся. Они ведут себя достаточно умно, приспосабливаясь к российским вкусам и выпуская новые марки. Вообще иностранцы находятся в привилегированном положении. В италии, например, запрещен ввоз шоколада. А к нам они спокойно везут, в то же время на какао-бобы, главное наше сырье, импортные пошлины колоссальные.

-- А внутри россии у вас разве нет конкурентов?

-- мы не хотим сейчас серьезной внутренней конкуренции. Если мы еще внутри будем бороться -- российскую кондитерку скушают иностранцы. У российских компаний много общих проблем, и мы стараемся обсуждать их вместе.