Новости
На прошлой неделе российское правительство предприняло
наступление на фронте ндс. Телеграмма госналогслужбы от 22
января сего года гласит: "в целях недопущения необоснованного
возмещения сумм ндс при экспорте товаров (работ, услуг)
установить, что суммы ндс при экспорте товаров (работ, услуг)
возмещаются... После подтверждения правомерности указанного
возмещения госналогслужбой россии".
Иначе говоря, берите химзавод или меткомбинат, самолет
или фургон, как вам удобней, везите в москву полтонны
документации и ждите, пока дойдет очередь. Может статься, что,
привезя полтонны, вы непременно одну-то бумажку и забудете, -- и
летите за ней опять.
Напомним, что сумма подлежащего возврату ндс является
беспроцентным кредитом, выданным заводом государству. В 1997
году россия экспортировала товаров на сумму около 87 млрд
долларов. Соответственно, производителям было возвращено 17 млрд
долларов ндс. Деньги немалые -- и для предприятий и, само собой,
для бюджета, особенно в период кампании по выплате зарплат.
Поэтому государство все время издавало бумаги, позволяющие ему не
возвращать ндс как можно дольше.
Так, 12 марта 1997 года инструкция гнс за номером 39
постановила возвращать экспортерам ндс не по предъявлении
документов о пересечении границы, что соответствовало мировой
практике, а по получении соответствующих бумаг из страны-
импортера. Официальный мотив -- борьба с лжеэкспортом.
Основной удар был нанесен металлургам и химикам. На
металлургов приходится 17,5% российского экспорта, на тэк -- 46%.
Однако скорость, с которой можно прокачать по трубе газ (и вернуть
ндс), несравнима с оперативностью экспортных поставок металлов.
Долги государства алюминиевым и металлургическим комбинатам
выросли до 400-500 млрд рублей, а перед заводами, расположенными
в глубине россии (например, кразом), встала вполне осязаемая
перспектива не получить ндс вообще: срок предъявления документов
был ограничен 180 днями.
Тогда экспортеры (в их числе новолипецкий,
магнитогорский меткомбинаты, "северсталь", браз, сааз, краз)
подали на гнс в суд -- и выиграли процесс. Однако государство не
смирилось. Инструкцию по борьбе с лжеэкспортом сменила
телеграмма о борьбе с нарушениями на местах.
Пресс-служба гнс отказалась пояснить, о нарушениях какого
рода идет речь, и вообще отреагировала довольно забавно:
поинтересовалась, откуда у "эксперта" телеграмма. Примерно таким
же голосом, каким следователь фсб интересуется, откуда
подследственный раздобыл планы ядерной подводной лодки. В
заключение "эксперту" пообещали уволить (!) тех сотрудников пресс-
службы, которые выступят с какими-либо комментариями
вышеописанной телеграммы.
Такая реакция на документ, отнюдь не снабженный грифом
"совершенно секретно", вполне объяснима. Дело в том, что согласно
разъяснению, разосланному по регионам 3 февраля 1997 года,
главным нарушением является наличие у экспортера задолженности
перед федеральным бюджетом. То есть какой-нибудь "запсиб" не
увидит отныне своего ндс вообще. А "северсталь", если у нее есть
взаимные долги с государством, возьмет кредит, заплатит
государству, а месяца через два получит сдачу.
Аккурат в то время, когда рассылался документ, на
координационном совете в минэкономики рассуждали о формах
государственной поддержки экспортеров. Наверное, много умных
вещей было сказано.
Государство, страдающее дистрофией доходной части
бюджета, опять пытается взять налоги не там, где оно их обронило, а
там, где светло. Бог в помощь. Однако компании, на которые
государство нападает с дубинкой, вряд ли будут обороняться
салфеткой.
В конце хотелось бы задать пару вопросов. Во-первых, речь
идет об отвлечении средств, которые составляют 7-8% от оборота
предприятий и ставят их на грань рентабельности. Фактически это
новый налог. Почему в россии новые налоги вводятся не указами, не
законами, а телеграммами?
во-вторых, почему от "борьбы с нарушениями" в россии
выигрывает исключительно государство? почему никто не слыхал о
телеграмме, откладывающей, к примеру, срок уплаты предприятием
налога на прибыль до проверки москвой правильности начисленной
суммы?
юлия латынина.

