Новости

Елена чиняева*.

Конец идеологии откладывается.

*Доктор философии оксфордского университета.

В сфере международных отношений 1999 год можно считать юбилейным: ровно десять лет назад была разрушена двухполюсная система мира. На ее утверждение были затрачены многие годы, на развал -- несколько месяцев. Воодушевленные горбачевской перестройкой страны восточной европы одна за другой освобождались от коммунистических режимов, без жалости разрывая военные и экономические связи с советским союзом.

В конце 1989 года рухнула берлинская стена, а вместе с ней, казалось, было покончено и с воинствующими блоками. В своей речи в польском сейме в январе 1990 года президент тогда еще чехословакии вацлав гавел провозгласил, что теперь "оба военных пакта, нато и варшавский договор, могут быть распущены, и таким образом начат процесс общеевропейской интеграции". Бывший государственный секретарь сша генри киссинджер говорил о включении стран восточной европы в европейское сообщество и другие атлантические организации -- за исключением нато.

Ошибка фукуямы.

Тогда, в конце 80-х, американский политолог френсис фукуяма написал свое знаменитое эссе "конец истории?". В нем он утверждал, что конец "холодной войны" означает и конец идеологии: либерализм победил не только идеологическую систему коммунизма, но и идеологию как таковую. По мнению автора, политические идеологии были порождением века девятнадцатого, когда они служили инструментом вовлечения индустриальных рабочих в общественную жизнь. В современном же обществе, социально однородном и основанном на принципах выборности властей и рыночной экономике, политические партии больше не представляют различные мировоззрения, а становятся по существу подвижными коалициями интересов. С победой демократического капитализма над коммунизмом место идеологии повсеместно занимает прагматизм.

Утверждение прагматизма в международных отношениях означало бы переход от традиционной политики поддержания баланса сил между враждующими коалициями к институциональному подходу при решении проблем, когда конфликтующие стороны достигают компромисса за счет участия в работе международных организаций, как экономических, так и военных.

Но прошло десять лет, а эра победившего прагматизма в международных отношениях так и не наступила. Варшавский договор действительно был распущен, но нато не только продолжает здравствовать, но и решает, когда и как принимать в свой состав новых членов. Благословляя объединение германии и выводя свои войска из восточной и центральной европы, тогдашнее советское руководство не настояло на договорах о неприсоединении стран этого региона к военным блокам, ограничившись лишь соглашением о неразмещении войск нато в восточной германии.

Шанс действительно покончить с разделом европы был безвозвратно упущен. Более того, короткий период эйфории в духе "конца истории" фукуямы, кажется, сменяется новой резкой перегруппировкой сил на международной арене. Теоретически эта тенденция обоснована в книге другого видного американского политолога, профессора йельского университета сэмюэля хантингтона, под названием "столкновение цивилизаций" (samuel huntington, the clash of civilizations). Автор считает, что атлантическая цивилизация может и должна более активно защищать свои ценности, чтобы устоять перед угрозой со стороны других цивилизаций. Под ценностями политолог подразумевает не только западные идеалы демократии и рынка, но и духовное наследие западного варианта христианства. Поэтому, считает хантингтон, если православие греции станет помехой идеологическому единству атлантистов, то не исключено, что ей нужно будет предложить выйти из нато -- главной защитницы атлантической цивилизации.

Эта книга была тепло встречена официальными кругами вашингтона, была организована серия встреч автора с представителями руководящей элиты сша.

Атлантика наступает.

В начале 50-х статья бывшего посла в ссср джорджа кеннана провозгласила принцип сдерживания советского союза -- и стала руководством к действию двух поколений американских политиков. Не исключено, что книга хантингтона станет настольной для современных руководителей сша. В прошлом году мир стал свидетелем того, как решительно американо-британский военный альянс возглавил борьбу атлантической цивилизации за свои ценности -- без особой оглядки на то, как это отражается на существующей системе международного контроля. Возможно, в недалеком будущем "цивилизации" если и не столкнутся, то вновь резко обозначат сферы своих интересов. Маячит перспектива если не "холодной войны", то по крайней мере "холодного мира".

Но согласится ли европа быть частью атлантической цивилизации, возглавляемой американо-британским союзом? ведь в европейских странах установка сша на силовые способы решения международных конфликтов, будь то косово или ирак, вызывает противоречивые оценки. Не существовало единого мнения среди членов нато и по вопросу о расширении альянса на восток. За исключением германии никто не высказывал особого энтузиазма в связи с принятием новых членов, а позиция испании, португалии и особенно греции была более чем сдержанной. Однако в контексте современной европейской политики фактором гораздо более существенным, чем скрытое недовольство отдельных членов альянса или несогласие россии, стало усиление тенденции к многоуровневой интеграции.

Европа хочет вновь стать по-настоящему самостоятельным и весомым фактором международной политики. Введение общеевропейской валюты должно способствовать превращению европейского союза наряду с сша и странами азиатского региона в мощный экономический центр. А расширение нато за счет европейских стран может привести к новому балансу сил между американским и европейским центрами влияния в самом блоке. Ожидающееся в скором времени вступление австрии, все послевоенные годы хранившей нейтралитет, в нато означает, что с концепцией нейтралитета в европейской политике скоро вообще будет покончено. Очевидно, что интеграционные процессы на европейском континенте перестают ограничиваться экономикой и чистой политикой и все более активно охватывают сферу военную.

Вопрос о том, удастся ли европейским странам восстановить позиции европы как мирового центра влияния, выступающего как адекватный противовес америке, остается открытым. Ясно одно -- в новое тысячелетие человечество входит, вооруженное воинственными идеологиями, делающими его будущее столь же непредсказуемым, как и прежде.